Татарстан: от улуса Монгольской империи до президентской республики в РФ. Финал

Оглавление, 3 раздела

1. Влияние радикального ислама
2. Тожероссияне
3. Сепаратизм

Ранее: часть вторая

21 марта 1992 года в Татарстане на референдум о суверенитете пришли 82% жителей. 61,4% проголосовали «за», 37,5% — «против», 1,1% бюллетеней признали недействительными.

О том, что происходило в республике с 90-х до первой половины нулевых годов (приостановка выдачи российских паспортов, собственные автомобильные номера, пониженные налоги федеральному центру и т. д.) «Спутник» уже писал ранее, и не раз. Добавим маленькую деталь — в 1992–2001 годах в республике наряду с рублями даже ходила собственная суррогатная валюта — т. н. татарстанские жетоны, а также социальные чеки и купоны, что печатались на листах А4 (которые получатели затем самостоятельно разрезали).

Татарские историки добились того, чего не удалось в советские времена — доказали основание Казани в Волжской Булгарии. И если в 70-е годы шла борьба за 800-летний возраст города, то теперь речь шла о тысячелетии. В 1996 году более 120 ученых, изучив остатки керамики в городском Кремле, решили, что Казань основана в 1005 году.

Десятивековой юбилей столицы Татарстана стал одним из главных праздников первой путинской восьмилетки. В городе построили единственную в постсоветской России полностью новую систему метрополитена. Также в Казани возвели крупнейший в РФ ипподром, хоккейную «Татнефть-арену», вантовый мост через реку Казанку и множество других объектов. Ну и, конечно, главную соборную мечеть Кул-Шариф прямо на территории Казанского кремля. Ее назвали в честь предводителя обороны города, имама Кул Шарифа, погибшего в бою с войсками Ивана Грозного.

Проблемы современного Татарстана можно разделить на несколько групп.

Влияние радикального ислама

В 1988 году на все Духовное управление мусульман Европейской части СССР и Сибири приходилось 211 мечетей. В ТАССР — всего полтора десятка. На октябрь 2016 года Духовное управление мусульман Республики Татарстан (ДУМ РТ) контролирует 1430 мечетей, в которых работают 1373 имама. Действует Исламский институт, 9 медресе и свыше 500 мектебов с 20 тысяч студентов и 1400 преподавателями. Под эгидой ДУМ РТ выходят 33 СМИ. В целом татарский ислам достаточно ассимилирован и к радикализму не склонен.

Но хватает желающих это исправить — в республике в 90-е годы работали саудовские благотворительные фонды, занимавшиеся пропагандой чистого ислама. К началу нулевых фонды позакрывали. Но система самовоспроизводства радикалов заработала.

19 июля 2012 года в подъезде собственного дома шестью пистолетными выстрелами убит известный и за пределами Татарстана мусульманский богослов Валиулла Якупов, начальник отдела образования ДУМ РТ, активный противник ваххабизма и салафизма. Буквально одновременно с этим сработала бомба под автомобилем муфтия республики Ильдуса Файзова. Он чудом выжил, но вскоре покинул пост по состоянию здоровья.

Валиулла Якупов и Ильдус Файзов

Дипломированный многонационал Максим Шевченко, разумеется, сразу заявил об отсутствии ваххабитского следа в двойном теракте. Списал случившееся на криминальные разборки. А вот эксперт по радикальному исламу Раис Сулейманов назвал покушения следствием кавказизации татарстанских мечетей.

«Изданная Доку Умаровым, лидером ваххабитского виртуального государства Имарат Кавказ, в 2011 году фетва к своим единомышленникам о том, что кавказские „моджахеды“ (т. е. лесные) должны осуществить хиджру (переселение) в Поволжье, чтобы в „вилаете Идель-Урал“ (часть Имарата Кавказ, охватывающего границы Волго-Уралья) поднять местных татар-мусульман на вооруженный джихад, нашла определенный отклик».

По словам Сулейманова, многие боевики в Татарстане устраиваются в охрану — ради огнестрельного оружия. Да и некоторые татары перенимают кавказские методы борьбы с «неверными». Например, в 2010 году житель Нижнекамска отправился в Дагестан смертником и подорвал полицейский участок в Кизляре.

Нередко радикалы ухитряются пробиться на весьма высокие должности. Речь о Рамиле Юнусове, бывшем директоре нижнекамского медресе «Рисаля» и имаме мечети Кул-Шариф. В 2011 году Валиулла Якупов убрал его с должности. Возглавивший медресе богослов Рафик Исламгалиев нашел много интересного.

«Исламгалиев был в шоке от тех учебников, по которым учили детей. Это были в основном книги из Саудовской Аравии, проповедовалась ваххабитская идеология.

Могли встречаться и такие книги, в которых учили, например, практике телесных наказаний худуд — как отрубать конечности (руки, ноги) тем, кто нарушает шариат, как побивать камнями нерадивых жен. Он немедленно убрал всю ваххабитскую литературу из медресе, заменив ее на традиционную для татар ханафитскую. Однако преподаватели стали возмущаться, настраивать против директора шакирдов (студентов — авт.), агитировали местных мусульманок, которые, не разобравшись в ситуации, стали писать какие-то заявления с многочисленными подписями возмущенных. Нового директора стали вызывать и силовики, и местные чиновники, но вместо того, чтобы помочь ханафитскому педагогу, на него начали орать, угрожать, что он уволил якобы незаменимых преподавателей. Рафику Исламгалиеву странно было это слышать, особенно, если учесть, что некоторые из этих „незаменимых учителей“ имели „чеченское прошлое“».

Юнусов серьезно влиял на мэров Казани и Нижнекамска — братьев-единороссов Ильсура и Айдара Метшиных. Покинув медресе «Рисаля», он остался имамом главной казанской мечети. Но после убийства Якупова и покушения на Файзова Юнусов сбежал в Лондон.

Радикальный имам Рамиль Юнусов, мэр Казани Ильсур Метшин и мэр Нижнекамска Айдар Метшин

С началом войны в Сирии исламские радикалы из Татарстана (в 2015 году Раис Сулейманов оценил их в 3 тысячи человек) поехали в ИГИЛ. Сражаться потянулся как молодняк, так и матерые джихадисты с послужными списками, достойными революционных террористов начала ХХ века:

«Активно вербовкой занимался Айрат Вахитов (человек с уникальной в плохом смысле этого слова биографией: пройдя лагерь „Кавказ“ в Ичкерии, побывав в Афганистане в составе „джамаата Булгар“, отсидев в тюрьме в Гуантанамо, вернувшись домой в Россию, где сдружился с одиозным публичным исламистом Гейдаром Джемалем, в 2011 году появился в Сирии на „джихаде“)».

Что характерно, возвращаясь из Исламского государства домой, в Поволжье, реальные боевики зачастую получали меньшие сроки, чем Варвара Караулова, которая до Сирии даже не доехала.

«Раифа Мустафина осудили на 3,5 года колонии общего режима. В январе 2015 года осудили еще одного члена ИГИЛ из Татарстана Ришата Идрисова, 25-летнего уроженца Набережных Челнов (наказание: 1 год колонии общего режима)».

В республике активничают члены «Хизб-ут-Тахрир». В 2012 году в Казани прошло несколько автопробегов под флагами этого движения — так праздновали выход соратников из тюрьмы. Годом позже был осужден имам казанской мечети «аль-Ихлас» Рустам Сафин, считавшийся лидером «хизбов» в Татарстане. Он получил 2 года заключения. Во время процесса митинговали против «гонений на веру». Это уже вторая судимость Сафина за связи с «Хизб-ут-Тахрир». В 2009-м Рустам получил условный срок, но остался имамом мечети.

Хизбы и им подобные из Татарстана никуда не делись. 25 января 2017 года в регионе задержали группу исламистов за подготовку теракта на Казанском авиационном заводе. Местные радикалы не любят промышленность — сейчас в республике судят участников Чистопольского джамаата, которые 16 ноября 2013 года выпустили 4 ракеты по заводу Нижнекамскнефтехим. Ни один из снарядов до цели не долетел. Также исламисты регулярно поджигают православные храмы и валят поклонные кресты.

Имам казанской мечети “аль-Ихлас” Рустам Сафин и автопробег «Хизб-ут-Тахрир»

Раис Сулейманов отмечает — кадры джихадистам поставляет организованная преступность. Бандиты меняют рэкет на закят и джизью — особые исламские налоги. Методы остаются прежними. В тюрьмах бандиты держат себя мучениками за истинную веру. Прямо в колониях салафиты ведут дагват — религиозную пропаганду. Так тюрьмы становятся джааматами. В начале ХХ века в СССР много сказали о совместимости коммунизма и шариата. В начале же века XXI в РФ идеология исламистов органично дополняет блатные ценности. Чисто конкретные пацаны в союзе с чистым исламом — пугающая реальность наших дней:

«Общее негативное отношение к государственным органам приводит к сближению криминала и салафизма, итогом чего является уважительное отношение друг к другу, когда в глазах уголовников ваххабиты начинают выглядеть как жертвы государственной системы. И если в элиту уголовного мира попадут религиозные экстремисты, то в перспективе именно салафиты будут задавать тон всему тюремному сообществу. Нежелание исламистов жить по „ментовским“ законам (т.е. по законам российского государства) в глазах уголовников, живущих по „понятиям“, вызывает только уважение к первым».

Последнее по исламу. 27 января этого года муфтий республики Камиль Самигуллин (в 2013 году сменивший Ильдуса Файзова во главе ДУМ РТ) выступил за хиджабы в школах. Татарки никогда раньше таких головных уборов не носили. Это все, что нужно знать о возрождении традиционных ценностей в РФ.

Тожероссияне

Проблема, во многом смежная с предыдущей. Сторонники радикального ислама появляются не только среди местных. Представители Средней Азии ведутся на пропаганду легче поволжских мусульман. Часто в Татарстан — как и в другие регионы РФ — прибывают уже готовые ваххабиты из «братских» республик. Пример — приезжий узбек Алишер Усманов (не путать с одноименным путинским олигархом), в 1996–2004 годах вербовавший татар в ряды чеченских боевиков.

По данным республиканского управления МВД по вопросам миграции, за первые 9 месяцев прошлого года на учет встали 181,65 тысяч иностранцев. Большинство — представители Узбекистана, Таджикистана, Азербайджана, Турции и Украины. За весь 2015 год — более 225 тысяч. За 2014 год — 172 тысячи (рост на 60% за 5 лет, в лидерах — Узбекистан, Таджикистан, Азербайджан и Киргизия). Наибольшей популярностью у мигрантов пользуются Казань, Набережные Челны, Елабуга, Нижнекамск и Альметьевск. Учтите, цифры не учитывают нелегалов.

Мигрантов притягивает развитая по меркам РФ экономика и регулярные международные спортивные состязания с масштабной и дорогой подготовкой. В 2013 году Казань с поистине олимпийским размахом приняла Всемирную летнюю Универсиаду. В 2014-м — чемпионат мира по фехтованию и России — по легкой атлетике. В 2015-м — первенство планеты по водным видам спорта. В 2018 году в городе пройдут несколько матчей мирового футбольного чемпионата.

Универсиада 2013 в Казани

Поток среднеазиатских братушек провоцирует напряженность. В 2012–2013 годах жители татарстанских сел Шуково и Курманаево массово протестовали против засилья мигрантов. В первом селе русские с татарами не позволили таджикским гостям построить мечеть. Во втором — татары выступили против трудящихся из Таджикистана. Поводов для возмущения много: от вызывающего поведения детей-мигрантов в школах до склонности приезжих к радикальному исламу.

А в Зеленодольском районе много лет тлеет конфликт из-за цыганской диаспоры. Почти 400 человек живут в ПГТ Нижние Вязовые в параллельном мире: без паспортов, девочек после начальных классов выдают замуж, и те рожаю по четверо детей к 20-ти годам. Как полтора года назад сообщала газета «Вечерняя Казань», из 32 цыганских домов в поселке нормально оформлен один. Остальное — самострой на незаконно захваченной земле. Электричество и прочие блага цивилизации просто воруются из поселковых сетей. Наконец, табор буквально завалил округу мусором. В этом местные видят причину появления в Нижних Вязовых гепатита А, известного как желтуха.

В ноябре 2015 года в Казани 15 таджиков пытались отбить у полиции земляка, задержанного за разбой и нанесение ножевых ранений. Угомонил дружбанародников выстрел в воздух.

Летом прошлого года в Набережных Челнах десятилетний срок получил 48-летний уроженец Узбекистана Эдуард Сагигян. На протяжении почти 7 лет он заманивал домой девушек 14–18 лет, удерживал по несколько дней, избивал и насиловал. В суде удалось доказать 162 преступных эпизода в отношении шести девушек, 5 из которых были несовершеннолетними. До этого педофил уже имел семь (!) судимостей — и они не помешали ему въехать в РФ. В США этот человек просто бы не въехал. А за такие преступления на территории Шатов получил бы минимум пожизненное. Сагигяну повезло — он насиловал детей в России.

Согласно исследованию Казанского федерального университета, более 60% татарстанских учителей выступают против адаптации программ под детей мигрантов. При этом, по данным местных СМИ, в некоторых казанских школах — по 20% таких учеников.

Нередки в регионе и конфликты с кавказцами. Можно вспомнить массовые столкновения татар с горнороссиянами на автовокзале города Нурлат в июле веселого 2013 года. Или эпическую историю с дракой 4 на 16 в Казани. Начался бой, когда кавказец — вы правильно поняли, кавказцы напали в большинстве, — ударил в лицо русскую девушку. За жертву вступились друзья. Не все знают конца истории. Четверых добрых русских националистов, преподавших джигитам практический урок межнационального мира, суд признал виновными. По нескольким статьям. Игорь Монахов получил 8 лет и 8 месяцев заключения, а также последующие полтора года ограничения свободы и 6 лет запрета на участие в митингах. Сергей Журавлев отправился в колонию на 6 лет. Их соратникам Рамилю Хусаинову и Артуру Юсупову дали 4 и 3,5 года условно и штрафы по 30 тысяч рублей.

Сепаратизм

В Асимметричной Федерации неплохо всем националистам, кроме русских. Так, к участию в прошлогодних выборах допустили главу Всетатарского общественного центра (бывший ТОЦ) и одновременно члена ПАРНАСа Фарита Закиева.

Активисты ВТОЦ в 2014–2015 годах неоднократно поддерживали Майдан и митинговали в День памяти взятия Казани (он же «День памяти и скорби татарского народа»). Митингующие требовали осудить действия Ивана Грозного и изменить концепцию мемориала русским воинам, павшим при штурме города. На стенах храма-памятника воц-ники требуют написать:

«Чудовищное избиение жителей взятой Казани составляет одну из самых тяжелых страниц русской истории. Такою колоссальною гекатомбою человеческих жертв закончился „крестовый поход“ христолюбивого воинства против казанцев».

Татарский митинг в День взятия Казани

В ежегодных акциях на День памяти взятия Казани также участвуют такие организации, как Союз татарской молодежи «Азатлык», «Татарский Патриотический Фронт Алтын Урда» («Золотая Орда»), незарегистрированная партия «Иттифак» и… «Хизб-ут-Тахрир». Последнее — неудивительно. В 90-е годы татарские сепаратисты заигрывали с религиозным фактором и нередко ездили повышать квалификацию к ичкерийским лесным братьям.

21 апреля 2014 году члены «Азатлык» организовали митинг на 70 человек в защиту татарского языка. После акции участники рассредоточились по кафе, магазинам и другим заведениям с лингвистической проверкой персонала. Несколькими месяцами ранее движение объявляло Год Батыя, предполагая пикеты в честь сожжения русских городов в нашествие.

У татарских и башкирских националистов есть даже взаимные территориальные претензии. Процитируем «Гроздья гнева. Рейтинг межэтнической напряженности в регионах России»:

«Представители башкирского национального движения предъявляют претензии на восток Татарстана, объявляя местных татар башкирами. В свою очередь татарская община Башкирии настаивает на проведении референдума по вопросу присоединения районов компактного проживания татар к РТ. Надо заметить, что эти споры протекают в основном в общественно-политической сфере и носят во многом демонстративный характер».

Привет руководству РФ, не предъявляющему претензии на Новороссию, Приднестровье и другие русские земли.

Еще одна платиновая идея, вполне укладывающаяся в концепцию грядущей российской нации — идея Телевизионного Нерусского Вещания. Серьезно! Предложил ее не какой-то местный нацик с тремя классами образования, а уважяемый чилавек — доцент кафедры телевидения КазГИК, заслуженный работник культуры Татарстана Рамиль Гарифуллин. Соответствующее предложение он направил президенту Путину и главе республики Рустаму Минниханову.

Текст: premium, Сергей Ермолов